23 сентября, суббота, 21:19

Сибай 24 Информационный Городской Портал

Новости региона

Опека как бизнес: дочь "насильника" из Башкирии рассказала свою правду об отце

изображение

Наш большой материал о факте возможного насилия над удочеренной девочкой в Белокатайском районе и состоянии дел в сфере опеки и попечительства в целом вызвал волну откликов и эмоций

В числе таких откликнувшихся людей оказалась родная дочь Урала Х. – Светлана. Одновременно странным и страшным в нашем общении с ней оказалось то, что если исключить участие ее родителя из этой истории, то в остальном Светлана согласна с нашим взглядом на ситуацию в целом. Мы также согласились в мысли, что расследование должно проводиться следователями и психологами никак не районного уровня. И предметом их внимания не должен оставаться лишь конкретный эпизод, а вся система опеки и попечительства.

Точку или вердикт в истории с Уралом Х. должны ставить компетентные органы. Отметим, что Светлана обратила наше внимание на некоторые обстоятельства, которые вызывают еще больше вопросов.

Корр.: - Здравствуй, Светлана. Жаль, что встречаемся при таких обстоятельствах.

- Да, жаль. Я сначала прочла твою статью на эмоциях. А потом постаралась абстрагироваться от конкретной ситуации и снова прочла, исключив обвинения в адрес моего отца, которые считаю откровенной клеветой, с остальным я согласна. Начнем с того, что действительно, во многие приемные семьи отдел опеки не приходит годами. 

В нашем случае, чиновники лукавят, что совершают выезды в семьи раз в квартал. Карина была удочерена, но по действующему, подчёркиваю, действующему законодательству органы опеки должны в течение трех лет после удочерения проверять нашу семью и состояние ребенка в ней, но опека к нам по этому и другим вопросам не приходила. Сейчас, по имеющейся у меня информации, они пытаются оформить документы, что по поручению отдела опеки к нам якобы приходила местный социальный педагог из школы. На самом деле, никто не приходил и не проверял. В других семьях вряд ли ситуация кардинально отличается.

Корр.: - Хорошо, а с чем еще ты согласна или, наоборот, не согласна в статье?

- В остальном, кроме отца, я согласна, некоторые моменты я даже подчеркнула. Меня удивила позиция Миланы Скоробогатовой, которая не согласилась на твое предложение совместно выехать в район. Это и вправду могло раскрыть истинную картину в районе, возможно на это были веские причины. С другой стороны, я категорически согласна с тем моментом, что Карину не должны были оставлять в гостевой семье.

Корр.: - Почему? Ведь семья Ландыш Миндигуловой (имя изменено - прим.ред.), по словам районных чиновников, едва ли не самая образцовая приемная семья.

- Начнем с того, сколько детей у нее сейчас находится. Ты пишешь 5, соседи утверждают, что больше. Во-вторых, к вопросу о критериях приемных семей, как можно давать в неполную семью пенсионного возраста такое количество детей, и давно ли проверялись их условия обитания. Но самое плохое в том, что у Карины был затяжной конфликт с Ландыш и ее детьми, которые угрожали девочке расправой. А после того, как её забрали, девочка, до вчерашнего дня находилась у них…

По поводу этих детей многое могут сказать учителя и директор школы, с которыми подопечные семьи Ландыш Миндигуловой не церемонились в выражениях. Вопрос у меня большой - почему одна семья с опекаемыми детьми-подростками может держать в страхе всю округу, почему органы опеки и попечительства, отдел по делам несовершеннолетних не найдут на них управы, и что будет с нами и с нашими детьми через десять лет, с. Яныбаево превратится из «передового» села по опекаемым детям, в рассадник по преступности, это, конечно, уже точно не будет проблемой органов опеки, но у чиновников головной боли от этого меньше не будет. Это не скоро случится, время ещё есть… После них хоть потоп. 

Моя точка зрения ситуация достигла апогея, точки невозврата, так, как было, продолжаться не может. Призываю односельчан, и не только, сплотиться, взять ответственность за то состояние, в котором мы оказались. Выражаю искреннюю надежду, что органы опеки и попечительства услышать мою мольбу о помощи. Страдают, в том числе и дети, которых Вы называете «казенными». Невзирая на статус, все мы люди, и относиться ко всем нужно по-человечески.

Корр.: - Что за конфликт, расскажи поподробнее.

- Это была давняя соседская история, когда был жив еще ее муж. Но с Кариной он случился в мае прошлого года. Однажды она вернулась из школы во второй обуви, и мама поняла, что это произошло не без участия приемных детей Ландыш. Она пошла в школу, где на крыльце встретила их и спросила, где обувь Карины. Ответа она не получила и зашла в кабинет к директору. Через некоторое время в кабинет с ножом ворвалась Ландыш и начала кричать на маму, что она повышает голос на ее детей. Крича, размахивая кухонным ножом в кабинете директора школы. Учителя, директор и все другие в шоке. Каким-то образом, ее вывели из кабинета. Естественно, обувь тут же нашлась. Но этот случай, потом разбирался в школе и сельсовете. Я не знаю, остались ли протоколы, но должностные лица решили не поднимать шум и не доводить случай до отдела опеки. Точнее, думаю, опека все знала, но инцидент не был зарегистрирован. Сама Ландыш потом заявляла, что работала в огороде с ножом, поэтому он у нее в руках оказался случайно. В итоге ее дети продолжали обижать Карину. Мне страшно представить, как ей было сложно в этой семье. Да, с Кариной родители могли говорить строго. В чем она заключалась эта строгость? Родители не разрешали ей гулять на улице после 10 вечера. Она очень возмущалась по этому поводу, ведь дети Миндигуловой, могли это себе позволить.

Корр.: - Стоп. Если я тебя правильно понимаю, якобы оперативную информацию или сигнал в полицию могла сделать Ландыш Миндигулова и тем самым спровоцировать преследование твоего отца?

- Подумайте сами. Почему никто не заявлял в полицию официально? Боятся ложного доноса. А тут получается, якобы Карина жаловалась подружкам, те - мамам, а потом кто-то устно сообщил полицейским. Я думаю, что Карина сейчас напугана и говорит, то, что от неё требуют. Вы в статье были очень правы в том, что приемные дети действительно превращаются в средство получения денег. Это видно хотя бы по тому, как безработные приемные семью строят дома. За приемных детей идет в районе реальная борьба без всяких принципов и морали. Поэтому эта версия следователями тоже должна тщательно проверяться.

Корр.: - Светлана, вот у меня в общении чиновниками возникло чувство, что им неприятна ситуация по последствиям, испорченной статистике и прочему. Но вот реального переживания в глазах многих из них я не увидел…

- Да, в этой ситуации они думают, что с них спроса нет. Карину ведь мы удочерили, дали фамилию и отчество. Родители знали, на какой ответственный шаг идут. Хотели, чтобы девочка получила образование и сама была успешным человеком. Такой разворот событий ну никак не могли предугадать. Отец сам получил высшее образование, мы с сестрой тоже. Ты же сам знаешь, что наша семья всегда считалась достойной, а все характеристики отца и матери были только положительными. Карина полноправный член семьи, поэтому чиновники за нее не в ответе. Но она, в первую очередь, ребенок, оказавшийся в сложной ситуации и требующий профессиональной психологической помощи специалистов. Я принципиально согласна с тем, для слишком многих приемные дети стали бизнесом, но наша семья в этом плане оказалась исключением и за это мы расплачиваемся. Критерии для семей надо пересматривать, а чиновникам -  чаще выходить из кабинетов.

Корр.: - Вернемся к твоему отцу. Идет доследственная проверка. Карина с их слов все подтверждает. Я понимаю, что задаю неприятный вопрос, но что говорит в пользу него?

- Это скорее нужный вопрос. Повторюсь, что дело должны вести уфимские специалисты. Психологи должны разобраться в состоянии Карины, выявить степень правдивости, устойчивости ее позиций, если так можно сказать. Боюсь, что квалификации наших районных полицейских просто не достаточно. 

Другие очень важные моменты в самих обстоятельствах дела. Она удочеренная, забрать ее в данном случае могли только по решению суда, и то передать родственникам, например, дяде или мне. 4 мая к нам в дом приехали люди в гражданке. Никто из них не показал удостоверения, ни соответствующих документов. Постановления на обыск также не было, ведь пока нет самого уголовного дела. Один сотрудник в верхней одежде сел напротив телевизора, прикрыв полами куртки видимость, и достал диск, которого до того дня у нас не было. Он спросил у отца, мол, порнухой, увлекаетесь? Я уже молчу про все процессуальные нормы при изъятии электронных носителей. Протокол они оформляли тоже своеобразно: одного понятого привели уже после обыска и изъятия предмета, его попросили расписаться по факту. Отсюда и возникла версия о склонении к просмотру порнографии. Сейчас, возможно, в полиции все оформлено как добровольный осмотр места происшествия. Но все понимают, что улики шаткие, а доказательства отсутствуют.

Следы побоев и насильственных действий отсутствуют, Карина была на осмотре ЦРБ, почему по вопиющему случаю не сделали судебную экспертизу? Это допустимо в данном случае? Местонахождении Карины скрывали от родителей, 5 мая она украдкой сама позвонила и сообщила о своем местонахождении, просила приехать.

Корр.: - Ваша семья отвергает все обвинения в адрес вашего отца и намерена бороться?

- Именно так. Поэтому я считаю, что расследование должно быть очень тщательным. И не только потому, что мы защищаем отца, честь семьи. А ещё потому, что этот замкнутый круг заработка на детях, безответственности чиновников и недосоциолизации детей надо разрывать.

И вправду ведь, с этими словами и не поспоришь.

Источник: ProUfu


Комментарии vkontakte


Комментарии Сибай 24